Пётр Волков наконец вернулся в Москву. После нескольких лет ссылки он ступил на знакомые улицы, но всё вокруг казалось чужим. Город шумел, дышал по-новому, а в воздухе витало напряжение, которое невозможно было не почувствовать.
Его отец, состоятельный фабрикант, встретил сына сдержанно. В большом доме на Пречистенке почти ничего не изменилось: те же тяжёлые портьеры, те же портреты предков на стенах. Но сам Пётр уже не был тем восторженным юношей, каким уезжал. Ссылка отняла у него иллюзии, зато дала горький опыт.
Он надеялся спокойно вернуться к прежней жизни. Однако старые товарищи быстро напомнили о себе. Ещё в университете они вместе собирались на тайных квартирах, читали запрещённые книги, мечтали о справедливом устройстве мира. Тогда это казалось романтичным и правильным.
Теперь всё стало иначе. Те же люди, но уже другие. Разговоры о мирной пропаганде сменились планами взрывов, поджогов, покушений. Они называли это единственным способом достучаться до власти. Пётр слушал и не узнавал в этих речах своих прежних друзей.
Он пытался объяснить, что насилие только порождает новое насилие. Что кровь на улицах не приведёт к свободе, а лишь даст повод для ещё более жёстких репрессий. Его почти не слушали. Кто-то смотрел с сожалением, кто-то с раздражением, а кто-то открыто называл его трусом.
Пётр понимал: оставаться в их кругу опасно. Но и просто уйти не получалось. Старые связи держали крепко. Один из товарищей напомнил, что Пётр когда-то сам подписывал прокламации. Другой намекнул, что его имя до сих пор есть в списках, которые бережно хранят в охранке. Третий просто попросил о небольшом одолжении - передать письмо, спрятать на время сумку.
Каждый такой разговор оставлял тяжёлый осадок. Пётр чувствовал, как незаметно затягивается петля. Он хотел честной жизни, хотел работать, помогать людям без разрушения и смертей. Но прошлое не отпускало.
Иногда по ночам он стоял у окна и смотрел на тёмную Москву. Город спал, а в голове крутились лица - и те, кого он любил когда-то, и те, кого теперь боялся. Он понимал, что выбор уже не за ним одним. Выбор делали за него грехи отцов - и его собственные грехи юности.
Отец предлагал уехать за границу, открыть дело, начать всё заново. Пётр молчал. Он не знал, хватит ли у него сил порвать со всем, что связывало его с этими людьми и с этой борьбой. И в то же время он понимал: если не порвать сейчас, то потом может быть уже поздно.
Дни шли. Москва продолжала жить своей тревожной жизнью. А Пётр Волков всё ещё искал способ остаться человеком в мире, где от человека требовали либо полного согласия, либо полного молчания. И каждый день этот поиск становился тяжелее.
Читать далее...
Всего отзывов
8